Наперекор Часть 6 (PUBG Lore)Комиксы и рассказы 

Наперекор Часть 6 (PUBG Lore)

PUBG Lore | Наперекор Часть VI

ГЛАВНЫЕ ГЕРОИ

МЭДИСОН МАЛХОТРА

Наперекор Часть I (PUBG Lore)

Родители служили в ВМФ США [УДАЛЕНО]. Юные годы Малхотра провела на множестве военных баз в США, прежде чем оказаться в Германии. Уже в 12 лет освоила ремонт двигателей. Поступила на инженерную специальность в МТИ в США, но забросила учебу из-за финансовых проблем, связанных с расходами на лечение. Используя свои связи за океаном, смогла провести множество сделок по продаже легкого огнестрельного оружия. Когда ее сумела выследить полиция, активно сотрудничала с картелем [УДАЛЕНО].

ПОДХОДЯЩИЕ НАВЫКИ: мисс Малхотра долгое время упражнялась во владении легким огнестрельным оружием и меткой стрельбе. Очень компетентный механик.

ДЖОНАТАН КАМАУ

Наперекор Часть 3 (PUBG Lore)

Джонатан Камау родился и вырос в Кении, где в дальнейшем занялся организацией спортивной охоты для богачей. В ходе очередной вылазки Камау познакомился с Александром Линдом — сыном миллиардера Карла-Йохана Линда, хозяина Викенди.

Алекса и Джонатана объединяла любовь к охоте. А также взгляды на природу хищника и жертвы. По возвращении Алекс предложил Джонатану уникальную возможность. Возможность вместе поохотиться на особого зверя…

АЛЕКСАНДР ЛИНД

Наперекор Часть 3 (PUBG Lore)

Печально известный наследник гигантского состояния.

Александр Линд рос в тени отца — эксцентричного затворника Карла-Йохана Линда. В детстве он любил обезглавливать и обезображивать куклы сестры. С возрастом начал пытать и убивать мелких животных.

Однажды Линд-старший проспонсировал так и не ставший популярным мультсериал, персонажами которого были лица «Динолэнда», и Алекса заставили озвучить главного героя. Его тезку — доброго тираннозавра Алекса. Карл-Йохан надеялся, что озвучка этого персонажа хорошо повлияет на мальчика.

Напрасно.

Часть 6

Тварь будто почувствовала взгляд сквозь стекло. Она задвигалась, приподняла уродливую голову.

Это была какая-то обезьяна. Животное почти облысело, из-за чего приобрело жутковатое сходство с человеком. Правый глаз прикрывал огромный раздутый нарост; обезьяна казалась одноглазой. На спине тоже пузырились опухоли. Раковых тканей было едва ли не больше, чем обычных.

По стеклу промелькнул отблеск. Мэд развернулась на месте, вскидывая руку, и как раз успела остановить удар: секатор Лукаса вгрызся ей в ладонь.

Лукас схватился за ствол пистолета, попытался оттянуть его в сторону. Она спустила курок. Пуля пробила ему руку, оторвала два пальца и вошла в бедро.

Лукас упал. Попытался приподняться, но не сумел. Схватился за бедро в надежде остановить кровотечение, но ярко-алая кровь вырывалась наружу ритмичными толчками. Она попала в бедренную артерию. Ему оставалось жить меньше минуты.

Мэд упала на колени рядом с Лукасом, насильно повернула его голову к себе.

«Что здесь происходит?» — спросила она.

Лукас открыл рот, но не произнес ни звука. Он смотрел куда-то сквозь Мэд. Он умирал.

Мэд дала ему размашистую пощечину, оттянула веки большими пальцами.

«Отвечай!» — рявкнула она.

Он что-то прокряхтел. Что-то бессмысленное. Мэд разобрала только одно слово:

«Жизнь».

Сзади раздался какой-то грохот. Мэд снова крутанулась на месте: это обезьяна ударила кулаком по стеклу.

Их взгляды сошлись. Животное было умным.

Оно осознавало происходящее. И происходящее его злило.

Обезьяна опять стукнула по стеклу. И опять. И опять. От ее ударов сотрясалась вся лаборатория. Звенели расставленные по столам пробирки. Выдержит ли вольер?

А если не выдержит, хватит ли этой твари пули?

Снаружи завизжала сирена. Пора уходить. Мэд заткнула ноутбук подмышку — Лукас остался истекать кровью на полу.

Она выбежала обратно в купол, нырнула в лабиринт коридоров. На очередном «перекрестке» ей навстречу вышла пара растерянных ученых с охранниками.

«Эй! Стоять!»

Мэд метнулась в противоположном направлении. Вслепую завернула за угол, пробежала мимо нескольких теплиц — таких же, как та, в которой остался Лукас. Что если в каждой сидел такой вот… Рамирес?

Впереди виднелся выход. Сжимая в одной руке пистолет, а в другой ноутбук, Мэд плечом толкнула дверь и вывалилась наружу, на плато. Ее ослепило.

Не успели глаза приспособиться к свету, как в грудь ударила пуля, и Мэд упала на землю.


Увидев, как упала Малхолтра, Джонатан сделал вывод, что на ней был бронежилет. Ни прошивания насквозь, ни брызгов крови. Перекатившись через плечо, она укрылась за грузовым контейнером.

Он перезарядил ружье, продолжая вглядываться в прицел. До нее было почти пятьсот метров. Слышать ее он не мог — в ушах отдавался только визг сирен. Но он чувствовал каждое ее движение. Как она тяжело дышит, восстанавливая дыхание после падения. Как стучит кровь у нее в венах. Как ее накрыл страх, когда она поняла, что на нее идет охота.

И что ее загнали в угол.

В западной части комплекса прятаться было почти негде. Как только она переведет дух, то попытается прорваться к лаборатории. Он терпеливо ждал, удерживая палец на спусковом крючке. Все верно. Она выпрыгнула из-за контейнера и очертя голову бросилась к лаборатории.

Джонатан этого и ожидал. Он спустил курок.

Он недооценил ее скорость: пуля вошла не в шею, а в голень. Она закувыркалась, как в цирке, скользя по белой плитке. Но заставила себя встать и отчаянно захромала дальше, внутрь здания.

Убить таким выстрелом невозможно, а замедлить — легко. И этого будет достаточно.

Джонатан отдал команду по рации. Охранники окружили лабораторию со всех сторон. Оставалось только сузить круг и выследить жертву.

«Без моего приказа ни шагу», — отрезал Джонатан в микрофон.

Охранники были хорошо вооружены и явно прошли достойную подготовку, но доверия к ним Джонатан все равно не испытывал. Какой хоть сколько-то одаренный человек согласится просиживать штаны на богом забытом плато, где проходят какие-то там исследования? Возможно, служба безопасности тоже была заинтересована в результате работы ученых? Этого Джонатан не знал, да и не стремился узнать.

Он хотел одного: выполнить свою задачу. Добыть трофей.

Для Чатмани, которая так неудачно провела операцию в Бангкоке, сутью охоты была погоня. Как и для Александра Линда. Выбрав жертву, они преследовали ее, всюду вынюхивая следы и зацепки. Как жадные до крови ищейки с вываленными из разверстых пастей языками.

Джонатан собакам не уподоблялся. Он, как крокодил, по самые глаза прятался в мутной воде. И ни за кем не гонялся. Он выжидал, давал жертве глотнуть воды, прежде чем схватить ее за горло.

Джонатан знал: реши кто угодно из санокской четверки исчезнуть — как следует исчезнуть — и, возможно, он бы их не нашел. По крайней мере, нашел бы не сразу. Удовлетворись Джулия Скелс работой за баром где-нибудь в румынском захолустье — и что ты сделаешь? Пойди Колбасник матросом на рыболовное судно в Северном море, поиски заняли бы несколько месяцев. Может, и лет.

Но люди не умеют прятаться. Им трудно сидеть тихо и не высовываться. Рано или поздно беглецы обратились бы к кому-то за помощью. Джонатан предположил, что первым всплывет глотнуть воздуха Слейд. У бывшего морпеха остались в Штатах родные. На его месте всякий захотел бы сообщить бывшей жене, что про убийство заточкой в камере все наврали.

Но первым всплыл не Слейд. А Малхолтра. Хотя она очень старалась не проколоться. Никаких старых друзей, напрашивающихся имен, известных баз. Она обратилась к человеку, которого считала никому не известным.

Но псевдоним GremlinXL и носивший его молодой человек были Джонатану известны. От него-то он и узнал все необходимое. И времени ушло немного. Пришлось отрезать всего три пальца.

Наблюдение за дорогой на плато Джонатан организовал еще несколько дней назад. Три постоянных поста — один на виду, еще два тайных. Каждые три часа над всей горной цепью пролетал вертолет. Сколько раз ему говорили — не надо недооценивать Мэдисон Малхолтру.

Он думал, что этой ошибки не сделает.

Но даже он не ожидал, что она полезет на Аманчу под покровом ночи.

Впрочем, неважно. Все равно ее история подходит к концу.

Джонатан отправил тройку наемников к восточному погрузочному доку. Еще двое заняли позицию у северного ангара.

Джонатан закинул ружье на плечо, поднял пистолет-пулемет и вошел в лабораторию.

По полу тянулся кровавый след. Джонатан двинулся по застекленному проходу. Пахло удобрениями. Где-то вдалеке гудел генератор. Она спряталась в одной из теплиц, наверняка засела в цветах.

«Засек, — шепнул он в рацию. — Альфа — ко мне».

Через пару секунд рядом с ним уже стояли охранники с оружием наготове. Бежать Малхолтре было некуда. Оставался только один вопрос: достанется ли честь ее убить Джонатану.

Он вошел в теплицу, занял укрытие за баками с водой.

Тело. Кровь. Но не ее.

Это был один из ученых. Ему выстрелили в ногу, и он попытался уползти к двери. Но умер на полпути в луже собственной крови.

Джонатан крался по теплице. Сейчас она сжимает оружие потными, трясущимися руками. Перед глазами — туман от потери крови. Или, может, отчаянно пытается перемотать чем-то голень.

От этой воображаемой картины у Джонатана даже заныли зубы.

Его внимание привлекло резкое движение. Малхолтра вскочила на ноги с оружием в руках и побежала прочь в последней попытке скрыться. Он поднял дуло и приготовился убивать. Она выстрелила первой.

Но не в него.

Малхолтра выстрелила в дальнюю стену. Стеклянное ограждение вольера рухнуло, и наружу с гортанным ревом выпрыгнуло что-то гигантское, жуткое и явно взбешенное.

Мэд проводила тварь взглядом. Двигалось это воплощение ночных кошмаров точь-в-точь как обезьяны. Очень знакомо. Даже предсказуемо — так, как обычно бросаются вперед взбешенные обезьяны, опираясь на костяшки пальцев. Взмах кулака.

Зверь проломил ближайшему охраннику череп.

Один из оставшихся блеванул утренним кофе прямо на собственный бронежилет.

Другой в панике открыл огонь. Зря. Пули прошили обезображенное тело животного насквозь, и оно вновь заревело. И бросилось на стрелявшего, придавив его к стене. Залитый блевотиной охранник попытался было вытянуть напарника из-под обезьяноподобной туши, но зверь одним ударом отбросил его наземь и переломил хребет.

Мэд бросилась наутек.

Сзади загремели выстрелы; она метнулась за угол коридора. Наткнулась прямо на охранника. Он потянулся к оружию, но не успел. Мэд застрелила его и скрылась еще до того, как ее жертва упала на пол.

Сзади опять раздались крики и грохот. Потом еще один рев, но более пронзительный, а затем — тошнотворный глухой звук, в котором легко угадывалось падение на землю гигантской туши.

Мэд выбежала на улицу. В тумане едва угадывалось утреннее солнце. Вокруг были одни бесконечные кусты. Кусты и опять кусты.

Нет, вот он — джип! Она запустила руку в карман, с облегчением нашарила ключи.

И рванула к машине. Боль в ноге отступила, сменившись куда более настораживающим онемением. Стопу она уже не чувствовала. Только слышала влажное чавканье крови в ботинке в такт шагам.

По всему плато разнеслись звуки выстрелов. Прямо вокруг нее подлетели клочки земли. Времени придумывать красивый план не осталось. Она скатилась вниз по насыпи, низко пригибаясь, залезла в джип. С трудом вставила ключ: руки тряслись и скользили от пота. Наконец попала и…

Лобовое стекло брызнуло осколками. Мэд бросила взгляд вверх — в нее целились с крыши лаборатории. Оны нырнула под приборную панель, и джип тут же прошила новая очередь.

Бах! Это взорвалась передняя шина.

Она подняла руку над панелью и принялась вслепую палить из «беретты», пока не опустошила магазин. Вставила последний и услышала приближающийся рев моторов.

Мэд выглянула из окна, засекла мотоциклы. Сразу два. Это подъехала снизу, из деревни, еще одна команда бойцов. Байкеры затормозили и подняли ружья. Она оказалась в безвыходном положении. С одной стороны стрелок на крыше, с другой — новые подкрепления.

Байкеры открыли огонь.

Она легла между кресел, и по джипу загрохотали пули. Бронированный автомобиль остановил большую часть пуль, но ее все равно осыпало осколками металла, пластика и стекла. Мэд толкнуло в бок, и она поняла, что в нее попали, но адреналин так зашкаливал, а боли было так много, что она даже не заметила, куда именно вошла пуля. Она просто зафиксировала факт ранения каким-то уголком затравленного разума.

Короткая передышка: у ее преследователей кончились патроны. Но они прошли отличную подготовку. На перезарядку им требовалось не более десяти секунд. За десять секунд надо было встать, побороть боль и что-то сделать.

В голове загорелся вопрос. Вопрос, ответить на который она пока не могла.

Она пинком распахнула дверь и подняла пистолет. Один из наемников уже вставлял в винтовку магазин. Второй только запустил руку в поясную сумку. Десять секунд — это слишком щедро. Они уложились бы в семь.

Но ей хватило.

Мэд прострелила первому руку. Он уронил оружие, и тогда она выстрелила уже в шею — тот упал в грязь. Второй выхватил из наплечной кобуры пистолет. И как раз успел поднять оружие, прежде чем его мозг брызнул наружу прямо сквозь затылок шлема.

Джонатан выругался. Он ведь загнал ее в угол! Но тварь из вольера застала врасплох даже лучшего охотника на планете. К моменту, когда Джонатан все-таки уложил зверя, он успел убить четырех охранников и вывихнуть ему плечо.

Теперь еще эти клоуны на байках. Он ведь говорил — всем ждать приказа. Но нет, прикатили, в героев решили поиграть. И подарили Малхолтре отходной путь.

Малхолтра вскочила на байк. Она выкрутила газ и сорвалась с места, взметнув за собой землю.

Джонатан усилием отогнал боль и, хромая, пересек крышу, чтобы занять более удачную позицию.

Он отщелкнул сошки и глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. Злость — плохой помощник. Из-за нее немудрено промахнуться. А промахиваться было нельзя. Второй попытки не будет.

Малхолтра в прицеле неуклонно удалялась. Над землей висел туман, и двигалась она быстро, но он много, очень много раз снимал цели на дистанциях и побольше.

По пальцам пробежала легкая дрожь. Заныли зубы. Внутри что-то затрепетало — как бабочки. Или как в приступе страсти. Он ждал этого момента. Еще с тех самых пор, как впервые открыл ее досье. В голову ударила странная смесь эмоций. Как во время секса, но острее, примитивнее. Он лежал в воде, скрывшись в ней по самые глаза, готовый сомкнуть челюсти. И Малхолтра уже подходила к реке.

Джонатан спустил курок.

И промахнулся.

Ровно в ту секунду, когда он выстрелил, она резко дернула руль, взметнув еще один фонтан грязи, и рванула к обрыву.

Джонатан попытался снова поймать ее в прицел, но просто не успел. Ему оставалось только смотреть, как эта сумасшедшая полетела вниз вместе с байком и пропала в тумане.

Шансов на выживание — ноль. Внизу ее ждал отвесный обрыв, острые камни и кустарники.

У него упало сердце. Приятный трепет пропал. Да, задача выполнена, но не его руками. Она украла у него победу.

Джонатан опустил голову, сделал глубокий вдох.

И отчетливо услышал, как с глухим хлопком раскрылся парашют.

Парашют лежал в багажнике джипа. Он был похож на обычный рюкзак, но Мэд сразу поняла, на что смотрит. Скорее всего, хозяин джипа прихватил парашют с грузового вертолета. Теперь Мэд крепко сжимала стропы. Впереди было спасение.

Плато, лаборатория и стрелок остались далеко наверху. Она скользила сквозь туман, над бесконечными пиками.

Еще пара минут — и Мэд приземлилась. Нога отозвалась свежей болью. Боль — это хорошо. Боль будет гнать ее вперед.

Она глянула на ноутбук убитого ученого, проверила, не попали ли в него. К счастью, ноутбук остался цел. Потом, позже, надо будет выкопать все хранящиеся внутри тайны. До заранее припрятанных на склоне колес оставалось несколько километров. Надо было спешить. Мэд решила перевязать голень. Ее будут искать. Боевики. На грузовиках, на вертолетах. До самого конца.

Но это ее не пугало.

Потому что ответ наконец-то пришел. Все это время в ее голове, как заевшая песня, крутился один и тот же вопрос. Вопрос, который ей задали еще тогда:

« Как вы считаете, вы сильный человек?» 

Она обвела взглядом горизонт. Да, она готова бежать. И бороться. И дать ответ.

«Безусловно». 

Наперекор Часть 6 (PUBG Lore)

Похожие статьи о PUBG